PhilosophyDay

Философская система Владимира Соловьева

Другая философия / Философская система Владимира Соловьева

Страница 10

Но, оказывается, буквальное следование христианским заповедям не затрагивает крайнее проявление зла на земле, а именно смерть. Поэтому Царство Божие, которое, согласно Толстому и Князю, должно установиться, как только люди повсеместно начнут следовать заповедям Христа, на деле все равно останется царством смерти.

Наконец, рассматривается безусловно-религиозная точка зрения господина Z. В то время как для Князя нормы и заповеди Христа есть сама истина и само добро, для господина Z они лишь условия, путь, шаги к истине. Истина же есть жизнь, торжествующая через воскресение, т.е. сам Христос. Таким образом, тема подмены, теперь уже безусловного добра, тем, что является лишь необходимым условием постижения безусловного добра, оказывается существенной и для работы “Три разговора”. Не случайно Соловьев характеризует религию толстовства как “христианство без Христа”.

Как все же обосновывается антитезис, что в некоторых случаях убийство и война не будут безусловным злом? Единственный способ обосновать это положение состоит в том, чтобы апеллировать не к условному и относительному, но именно к безусловному носителю доброй воли. Это станет возможным, если эмпирическое Я доброго христианина и европейское государство окажутся носителями воли самого безусловного добра, напрямую исходящего из “иного порядка бытия”. Поэтому главное состоит не только и не столько в исполнении норм, пусть и евангельских, но в определенном поведении, которое было бы результатом “вдохновения добра, или прямого и положительного действия самого доброго начала на нас и в нас”. Приводимая в качестве примера битва Генерала с башибузуками как раз и может быть понята как действие, в котором реализуется вдохновение добра, или доброго начала, т.е. Бога.

Таким образом, Соловьев в конце жизни приходит к выводу, что успешная борьба со злом в конечном счете предполагает опору в ином порядке бытия. Имеется в виду, что только прямое вмешательство высшей силы может спасти человека от тех соблазнов и подмен, связанных с его собственной свободой, посредством которых зло владеет миром. В прилагаемой к “Трем разговорам” повести об антихристе это содействие свыше приходит в виде чудесного воскресения старца Иоанна и папы Петра; внезапной гибели в кратере вулкана императора-антихриста и его полков. И все увенчивается схождением на землю Христа в царском одеянии и с язвами от гвоздей на распростертых руках.

Надеяться можно лишь на содействие силы, приходящей в необходимый момент в буквальном смысле слова свыше, разящей и спасающей человечество, – этого “раздирающего себя зверя”, не способного самостоятельно найти путь к собственному спасению.

Воздадим должное мыслителю. Апокалипсические образы “Трех разговоров“ оказались точным предупреждением того, что началось в Европе и России всего полтора десятилетия спустя после выхода этой работы, цель которой состояла, по словам самого Соловьева, в том, чтобы осветить наглядным и общедоступным способом те главные стороны в вопросе о зле, которые должны затрагивать каждого.

Литература

1. Алексеев Петр Васильевич. История философии: Учебник для студ. вузов, изучающих философию / Московский гос. ун-т им. М.В.Ломоносова. Философский факультет. — М. : ТК Велби; Проспект, 2005. — 236с.

2. Волович В. И., Горлач Н. И., Головченко Г. Т., Губерский Л. В., Кремень В. Г. История философии: Учебник для высшей школы / Н.И. Горлач (ред.). — Х. : Консум, 2002. — 751с.